stroi-sm.ru

Приют для лошадей

60 лошадей и верблюдица: зачем подмосковный приют спасает животных с бойни

Конюшню-приют «Шанс на жизнь» недалеко от подмосковного Высоковска знают многие. Вот уже восемь лет Анастасия Елизарова спасает здесь лошадей от смерти. Она забирает старых, искалеченных и бывших спортсменов, выхаживает их, находит кураторов и возвращает к жизни. Обозреватель РИАМО побывали в приюте в деревне Шипулино и узнали, сколько стоит спасти одну лошадь, кто помогает приюту, и как туда попала верблюдица.

Приют на даче

Анастасия с детства увлекалась лошадьми, ходила в спортивную школу, ей нравилось не только кататься, но и ухаживать за животными. Когда Насте было 14 лет, мама купила ей первую лошадь, потом вторую, и через некоторое время на маминой даче под Высоковском образовалась целая конюшня на восемь голов. Получилось что-то вроде приюта.

В 2011 году в соцсетях Анастасии написала женщина, что в Краснодаре разорился конный завод, всех лошадей раскупили, остались две.

«Она предложила мне их забрать, выкупить, чтобы их не списали на мясо, с этого и начался приют», – рассказывает Настя.

Историю спасения лошадей девушка описала в интернете, и люди стали сообщать о десятках подобных случаев, когда бывших спортивных лошадей, которые приносили призы и служили всю жизнь своему хозяину, хотели списать на мясо.

Шанс на жизнь

У приюта «Шанс на жизнь» нет собственной территории. Первый толчок к расширению дали местные власти в 2013 году: администрация Клинского района предложила землю в 300 квадратных метров в деревне Третьяково.

Оттуда в марте 2019 года лошадки переехали в деревню Шипулино, аренда обходится в 70 тысяч рублей в месяц. На новом месте у лошадей две левады – одна общая с коровами и верблюдицей, другая – большая, только для лошадей, с открытой зоной для прогулок. Также здесь есть плотина, где лошади могут купаться.

Сегодня здесь 62 лошади, одна взрослая верблюдица, быки, коровы и поросята.

Зимой лошади находятся в деннике, и кормить их нужно три-четыре раза в день. В летний период проще – все витамины есть в траве, но в любом случае лошадям нужен ветврач два раза в неделю, старым коням нужны витамины, а в межсезонье – одежда.

Чтобы накормить такой табун, к проекту привлекают кураторов и волонтеров, многие из которых выбирают себе лошадь и обеспечивают ее – привозят корм, витамины и общаются. Кроме того, некоторые владельцы лошадей отдают на постой своих животных и платят за их содержание. Посетителям также предлагают уроки верховой езды с тренером.

Истории спасения

Из 62 лошадей примерно одинаковое число кобыл и меринов, а еще три жеребца, которые живут отдельно. Если к жеребцам пустить кобылу, то они поубивают друг друга, объясняет владелица приюта. Поэтому жеребцов сразу кастрируют. Из тех, что остались – двое еще маленькие, а у одного плохая свертываемость крови, и он может не пережить эту процедуру.

Анастасия знает в лицо и по именам всех своих постояльцев.

«Вот кобыла с жеребенком, которых забрали с Пензенской бойни, куда она ехала в фуре из Астрахани. Она была настолько дикая, что боялась людей, недоуздок нельзя было надеть целый месяц», – рассказывает Анастасия.

Еще одна история – о кобыле донской породы Груше, которой 5 лет. Она не могла разродиться на одном конезаводе, но ветеринара вызывать не стали, жеребенка просто «выдернули» трактором, конечно, он не выжил. Когда поняли, что дело плохо, вызвали врача, который заштопал кобылу, но через месяц со здоровьем начались проблемы, и ее решили сдать на мясо. Приют кобылу выкупил.

«Когда она выгружалась, то еле шла, так больно ей было», – вспоминает Анастасия. Сегодня лошадь привели в порядок, и нашли ей куратора, который о ней заботится.

«Вот Кузька лежит, русская рысачка», – показывает Анастасия.

Она бегала на соревнованиях и сломала позвоночник, ее забрали, подлечили и решили, что раз не можешь бегать, будешь рожать, а когда поняли, что и с родами дело плохо, решили пристроить, рассказывает Настя.

Таких историй здесь десятки, но есть и хорошие, например, про 20- летнего коня Леню, который жил с хозяйкой с трех лет, участвовал в соревнованиях, но несколько лет назад у него обнаружили болезнь легких, и ему стало тяжело бегать. Хозяйка отправила его в приют, но оплачивает корм, витаминки и постоянно его навещает.

Самая старая лошадь в приюте – 36-летний Огонек, он такой бодрый и наглый, что дает фору молодым, рассказывает Анастасия. Его продавали на пенсию шесть раз, но он попадал в прокат.

Как верблюдица полюбила коров

Конюшня-приют для лошадей

Недавно я узнала о таком месте в Подмосковье, как конюшня-приют для лошадей. Вообще я была удивлена, так как не думала, что для коней тоже делают приюты. Обычно их судьба заканчивается в колбасе (сломал ногу – на мясо, повредил спину – на мясо, болит что-то? – на мясо. и т.д.) Но есть люди, которые обеспечивают достойную старость бывшим друзьям человека!

И делается это не абы как для галочки – в тесных денниках и с гнилым сеном. Лошади живут в приюте также хорошо, как частные кони на платных конюшнях, а еще у них есть целое огромное поле для выпаса, а таким может похвастаться не каждая частная конюшня.

Естественно, что такое большое предприятие не может держаться на чистом энтузиазме и пожертвованиях, ведь в приюте содержится около 40 голов! Здесь можно поставить свою лошадь частному лицу на постой и платить ежемесячную плату, в которую входит постой и кормление. Также приют регулярно посещают ветеринар и коваль ортопед.

Здесь много старых лошадей, молодых лошадей с проблемами со здоровьем и жеребят, которые приехали в приют либо “внутри” своих мам, либо выкупленными с мяса сердобольными волонтерами. Весь световой день лошади находятся в поле, а на ночь их загоняют в теплые и просторные денники, которые убираются ежедневно работниками конюшни.

Зимой лошади гуляют в левадах, которые не сравнятся с простором поля, но и не являются совсем уж тесными загонами.

С такой жизнью в табуне нет лошадей с плохой психикой. Все они с радостью принимают человека, забыв об обидах и побоях от прошлых хозяев. Есть, конечно те, кто еще не может снова довериться человеку, но такие лошади быстро идут на поправку благодаря сытой жизни среди товарищей.

Здесь же, в конюшне-приюте стоят на постое две лошади моей подруги, которых я регулярно навещаю. Орнелла (на фото со мной). И донской мерин – Барабан.

Сейчас я учусь общаться с лошадьми и немного верховой езде на них. Пока что получается плохо, потому что все детские навыки были забыты, да и не было их почти – мы катались на низкорослой лошадке, держась за седло и не падали с неё просто потому, что нам везло))

Читать еще:  Сахарная свекла

И теперь мне приходится учиться правильно сидеть в седле и держать равновесие с нуля.

Сама идея приюта мне очень нравится. Лошади тоже достойны спокойной старости, потому что сдавать на колбасу бывших друзей – это бесчеловечно. Если конь служил кому-то верой и правдой пол жизни, то травма ноги – не повод заканчивать его путь на бойне. Разве он не заслужил дожить остаток дней среди своих сородичей? Естественно, что речь не идет о безнадежно больных и страдающих лошадей, для которых эвтаназия – единственное спасение от болезни.

Я рада, что есть люди, которые занимаются таким тяжелым и хорошим делом. Почему к приютам собак и кошек не добавить еще и приют для лошадей? Ведь это точно такие же умные животные-компаньоны и помощники человека.

Мне нравится атмосфера приюта, вольная жизнь лошадей, которые не знают человеческой злобы, и могут её разве что вспоминать. Мне нравится общаться с лошадьми и проводить время на природе после пятидневки, проведенной в офисе плотно сидя на стуле. Мне нравится находиться там, где каждый человек делает свой вклад в общее дело.

Для следующего поста о конюшне-приюте я постараюсь снять видео и подробнее рассказать обо всём, потому что на мой взгляд – это очень интересная тема!

Девушка выкупает по всей стране лошадей, которые становятся обузой для своих хозяев

Ребята, мы вкладываем душу в AdMe.ru. Cпасибо за то,
что открываете эту красоту. Спасибо за вдохновение и мурашки.
Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте

В конюшне «Шанс на жизнь» живут лошади, которые когда-то были друзьями человека или работали на него, но перестали быть нужными из-за болезни или старости. Хозяйка приюта Анастасия Елизарова выкупает и спасает от плохих условий лошадей по всей стране, лечит их и учит снова доверять людям.

Мы в AdMe.ru попросили Анастасию и волонтеров, которые с ней работают, рассказать о том, что они делают, и поделиться историями спасенных животных.

Идея построить приют возникла у девушки в 2011 году, когда ей позвонила незнакомая женщина с просьбой спасти лошадь. Конюшню построили на дачном участке Анастасии и ее семьи в Клинском районе Московской области с помощью родных и друзей. Изначально в ней было 8 мест для лошадей. На тот момент Анастасии было 17 лет, она училась на ветеринара, чтобы самостоятельно оказывать животным помощь в лечении. До этого девушка ходила заниматься с лошадьми в местный прокат, так как это была единственная возможность общаться с ними.

«Первые подопечные попали к нам с бойни», — рассказывают сотрудники приюта. «Мы выкупили их за деньги, собранные добровольцами. Постепенно животных становилось все больше, и места на дачном участке стало не хватать». За время существования конюшни она пережила 2 переезда, последний из которых состоялся в мае 2019 года. Сейчас в приюте более 50 лошадей, им предоставлена большая территория, которую волонтеры арендуют и в данный момент обустраивают. У животных есть 2 огромных поля на берегу пруда, где они могут пастись, пока эту землю не начнут продавать под дачи.

Приют спасает лошадей, но не отдает их «в хорошие руки». Анастасия объясняет это тем, что животные и так испытали огромный стресс и пережили предательство. Им приходится заново учиться доверять людям. После адаптации лошади больше не боятся, в них нет защитной агрессии и они не представляют опасности для людей. А переезд и смена хозяина — это новый стресс, особенно для больных и пожилых животных.

Вместо этого в приюте действует система кураторства. Если человек выбрал лошадь и решил стать ее куратором, он получает все права и обязанности ее хозяина (за исключением перевоза в другое место). Эти люди оплачивают постой животных, корма и витамины, ветеринарную помощь и лекарства. Взамен они могут приезжать в приют и общаться со своими подопечными, угощать их вкусностями, ездить верхом, участвовать в соревнованиях (если у животного нет противопоказаний). Так лошадь привыкает к одному человеку, его голосу, испытывает меньше стресса, а куратор знает ее особенности, что помогает в адаптации.

«Шанс на жизнь» существует на деньги, собранные силами его активистов, а также с помощью сайта, соцсетей и краудфандинговых площадок. Конюшня предлагает услуги постоя лошадей, аренду денников, уроки верховой езды и конные прогулки (на здоровых и полностью восстановившихся лошадях). Заработанные и собранные средства идут на оплату аренды, услуг ветеринара и коваля, на покупку кормов, лекарств, опилок и амуниции. Кроме того, разбитых, больных, покалеченных животных бывшие хозяева продают в приют, а не отдают бесплатно.

Уход за лошадьми осуществляют волонтеры и кураторы. В приюте также есть свои ветеринары и профессиональный коваль, которые оказывают помощь животным. Лошадям важно внимание, поэтому конюшня всегда рада гостям. Любой человек может приехать и угостить подопечных приюта морковкой и сахаром, пообщаться с ними, даже если у него нет возможности помочь финансово.

Груше, кобыле донской породы, сейчас 5 лет. До того как лошадь попала в приют, она жила на конезаводе. У нее были сложные роды, во время которых никто не оказал ей ветеринарную помощь. Жеребенок не выжил, а лошадь через месяц выкупил приют. «Когда Груша к нам приехала, она была в очень тяжелом состоянии, и шансов на то, что она выживет и сможет нормально ходить, было очень мало», — рассказывают волонтеры. Но благодаря заботливым кураторам, которых во время ее лечения было 3, лошадь пошла на поправку. Сейчас она абсолютно здорова и любима своей хозяйкой (одной из вышеупомянутых кураторов).

«В нашем арсенале также есть несколько историй спасения лошадей-буденновцев. Эта порода была выведена в 1948 году в СССР для использования в армии, но затем стала верховой, спортивной. К сожалению, сейчас поголовье буденновцев сокращается, и благодаря историям наших подопечных Анастасия задумывается о том, чтобы на базе конюшни заняться популяризацией и возрождением вымирающей породы», — делятся планами сотрудники «Шанса на жизнь».

Весной 2018 года по всем конным сообществам был брошен клич о том, что лошадей золотой масти (за что буденновцев и дончаков называют «золотыми лошадьми» и «золотом России») сдают на мясо.

Стараниями неравнодушных к проблеме конников почти все животные были пристроены, а в приют Анастасии попали 2 кобылы, которых списали за то, что они не могли давать потомство. Спустя почти год, утром 1 января, одна из них, лошадь Гондола, родила жеребенка золотой масти, которого назвали Глорией (Глашей).

Читать еще:  Анциструс совместимость с другими рыбами

Кобылу Барку спасли от бойни. Она попала в приют с травмой глаза и ранами на теле. Со временем она превратилась в красивую лошадь, и сейчас Барку просто не узнать. Даже окрас ее изменился, но это особенность породы.

Декабрю, мерину орловской рысистой породы, 10 лет. Бывший хозяин купил его специально для участия в соревнованиях и хотел, чтобы конь брал планку высотой 120 см. Но он отказывался работать в спортивной школе, кусался, вставал на дыбы. Мужчина решил не мучить коня и отдал его в приют.

“Когда Декабрь попал к нам, оказалось, что у него были воспалены мышцы спины. Наиболее вероятной причиной были неправильно подобранные седла, и мы на полгода освободили мерина от всяческих нагрузок“, – вспоминают волонтеры. Сейчас Декабрь послушно тренируется на плацу и в полях, правда, пока только с опытным наездником.

В конюшне «Шанс на жизнь» живут не только лошади. Здесь можно увидеть коров и даже верблюда (Анастасия с детства мечтала о таком необычном питомце).

Соню и еще одну верблюдицу купила себе женщина, чтобы они работали в прокате, но в итоге экзотическое животное 5 лет простояло в тесном сарае без возможности нормально двигаться. Когда эта история дошла до общественности, люди обратились к Анастасии с просьбой о помощи. Девушка рассказала об этом родителям и знакомым, и в итоге удалось собрать огромную для приюта сумму в ₽ 110 тыс., чтобы выкупить животное. «Знакомый коневозчик согласился помочь нам перевезти верблюда за приемлемую цену, но когда мы приехали за Соней, оказалось, что она боится машин. Выяснилось, что когда-то давно ее тоже перевозили и та машина попала в аварию. В итоге всю дорогу до приюта коневоз трясся от того, что Соня сильно боялась, а мы боялись, что он развалится», — делятся впечатлениями сотрудники приюта.

Когда Соня немного освоилась в приюте, ее стали выпускать гулять в леваду рядом с коровами. Среди них она нашла себе друзей, выбрала коров своей семьей и до сих пор с ними неразлучна.

Приют для лошадей

Войти

Приют для престарелых лошадей

“Деточка, все мы немножко лошади, каждый из нас по-своему лошадь” – одно из самых пронзительных стихотворений Владимира Маяковского корреспондент “Недели” Сергей Андреев прочувствовал до конца, побывав в единственном в России доме престарелых для лошадей под Питером. Свой лошадиный рай – покой, зеленую траву и добрые руки – в Пушкине нашли ветераны спорта, хвостатые “доктора”, лечившие детей на сеансах иппотерапии, и кони, возившие туристов.

Из-за невысокого забора на меня смотрят хитрые коричневые глаза. Сложно представить, что черному, с небольшими белыми пятнами на лбу коню Аркаше недавно исполнился 31 год. А ведь когда-то его имя гремело на две столицы. Практически всю жизнь Аркадий проработал в спортивной школе. Наездники называли его “самовозом”. Такая лошадь никогда не сопротивляется седоку и фактически сама проходит сложнейшую дистанцию. До 20 лет Аркаша брал максимальные высоты. Сложно подсчитать количество медалей и кубков, которые удалось получить его хозяевам. Неизбежным следствием спортивных нагрузок стали болезни, в том числе артрит, из-за которого конь с трудом передвигается весной и осенью. Красивое и сильное животное стало обузой.

– Чаще всего так они к нам и попадают, – рассказывает проректор по иппологическому образованию Национального открытого института России, созданного на деньги высокого российского политика, Антонины Шевченко. – Хозяева обращаются и говорят: заберите лошадей, а то на мясокомбинат отправим. Это еще куда-никуда. Некоторые поступают гораздо хуже.

Конный реабилитационный центр под Петербургом создали в 2005 году. Как раз тогда небольшую деревню Усадище под Выборгом стали называть “кладбищем породистых лошадей”. Из-за отсутствия денег владельцы бросили племенную ферму с четырьмя десятками животных. Дорогие лошади редких пород умирали от голода и холода, а бетонное здание осаждали стаи одичавших собак. Возможность помочь четвероногим нашли представители Общенационального фонда молодежных программ “Дар”. Именно они спасли животных от неминуемой гибели.

Друг как средство производства

– История с фермой в Усадище показательная, – продолжает Антонина Шевченко. – К домашним животным – кошкам, собакам – люди привязываются. Найти же тех, кто воспринимает лошадь как компаньона, сложно. Конечно, в первую очередь потому, что содержать их труднее – не в квартире же держать. Вот и получается, что лошадь, которая не может больше приносить доход, становится обузой.

В Пушкине Аркадия не навестил ни один спортсмен, заработавший медали на его спине. Не спешат посетители и к его соседке – рыжей кобыле Азбуке. Много лет она помогала взрослым и детям в большом центре иппотерапии. Не секрет, что коммерсанты, рекламирующие возможности исцеления благодаря контакту с лошадью, берут с тяжело больных людей немалые деньги. Именно поэтому Азбуке приходилось трудиться с утра до вечера.

– Она попала к нам, уже имея ряд серьезных хронических заболеваний, даже ходить нормально не могла, – вспоминает Антонина. – Каждый шаг доставлял невероятную боль. А сейчас посмотрите, как бегает. Срок жизни лошади – впрочем, как и людей – зависит от того, как к ним относиться. В нормальных условиях домашние лошадки запросто доживают до 35 и даже до 40 лет. А каждодневным перенапряжением животное можно загнать в могилу уже к 13-14 годам. Из-за нарушений правил содержания у лошадей развиваются такие болезни, которые никогда не встречаются у них в открытой природе. В городах животных круглые сутки держат в замкнутых помещениях. От этого прежде всего страдают дыхательные пути. Лошадь начинает кашлять и задыхаться. Хозяева, не желающие раскошелиться на ветеринара, думают, что она простудилась, и закрывают помещение наглухо. Вылечить такую лошадь очень непросто.

“Всех мы принять не можем”

В реабилитационном центре под Петербургом принимают хвостатых пенсионеров со всей России. Сейчас там есть лошади даже из Мурманской и Волгоградской областей. Для многих из них “карьера” закончилась на городских улицах. Если лошадь уже не способна выполнять тяжелую работу, но еще может передвигаться, ее отправляют не на мясокомбинат, а к “покатушечникам” – тем, кто возит отдыхающих в парках. Стоимость одной конской головы говорит сама за себя. За лошадь “покатушечники” платят не более 200 у.е. Относятся к животным перевозчики туристов соответственно. Однажды милиционерам пришлось спасать коней, провалившихся под лед на пруду в лютый мороз. Горе-хозяева не только не кормили их, но и лишили воды.

– Сложно представить, до какой жажды нужно довести животное, чтобы оно вышло на лед в сорокаградусный мороз, – не скрывает эмоций Антонина. – И помочь таким несчастным животным очень непросто. Законодательство у нас такое. Видишь своими глазами, как хозяин животное мучает, а сделать ничего не можешь.

Читать еще:  Как определить пол хомяка

Сейчас в реабилитационном центре в Пушкине живут 63 лошади. С каждой занимаются как профессиональные ветеринары, так и волонтеры. Люди, интересующиеся лошадьми, приезжают в реабилитационные конюшни постоянно. Особенно часто там гостят дети разных возрастов.

– Даже отдыхая на пенсии, эти лошади выполняют невероятно важную работу, – считает Антонина Шевченко. – На их примере мы показываем, как надо обращаться с животными, чтобы те жили долго и счастливо. Так что, вылечив животное, мы стараемся найти для них хозяев – ищем по знакомым и через интернет n

Если для современной России приют для престарелых лошадей – явление уникальное, то на Западе оно давно норма. С особым трепетом и в Европе, и в Америке относятся к лошадям, ставшим инвалидами в результате бегов и скачек. И тем не менее родиной пенсионных конюшен является именно наша страна. Первый приют для отслуживших свое лошадей с кладбищем открылся в том же Пушкине в 1826 году.

Специальное здание для пенсионных конюшен было построено по указу императора Николая I. Лошади, возившие самодержцев, и прежде получали пожизненное содержание, вот только держали их в Петербурге. Взойдя на престол, Николай I поселил коней недалеко от императорской резиденции в Царском Селе. Двухэтажное здание из красного кирпича, до сих пор высящееся в парке, напоминает готический замок. Сами конюшни располагались на первом этаже, второй же этаж достался конюхам. Лошади, служившие императорам, паслись на огороженном лугу и тщательно охранялись. Тут же находилось кладбище с мраморными надгробиями для каждого коня. Кроме клички на камне выбивались масть животного, даты рождения, смерти и общее время службы.

Здание пенсионных конюшен сильно пострадало в годы Великой Отечественной. Сразу после ухода немцев плиты с лошадиных могил убрали и перенесли в музейное хранилище. Сейчас на своем месте находится лишь одно надгробие. “Мерин гнедой, Орел. Родился в 1883 году, служил его императорскому величеству Николаю Александровичу с 1889 по 1890 год. Пал 3 октября 1911 года”, могут прочитать посетители кладбища.

60 лошадей и верблюдица: зачем подмосковный приют спасает животных с бойни

Конюшню-приют «Шанс на жизнь» недалеко от подмосковного Высоковска знают многие. Вот уже восемь лет Анастасия Елизарова спасает здесь лошадей от смерти. Она забирает старых, искалеченных и бывших спортсменов, выхаживает их, находит кураторов и возвращает к жизни. Обозреватель РИАМО побывали в приюте в деревне Шипулино и узнали, сколько стоит спасти одну лошадь, кто помогает приюту, и как туда попала верблюдица.

Приют на даче

Анастасия с детства увлекалась лошадьми, ходила в спортивную школу, ей нравилось не только кататься, но и ухаживать за животными. Когда Насте было 14 лет, мама купила ей первую лошадь, потом вторую, и через некоторое время на маминой даче под Высоковском образовалась целая конюшня на восемь голов. Получилось что-то вроде приюта.

В 2011 году в соцсетях Анастасии написала женщина, что в Краснодаре разорился конный завод, всех лошадей раскупили, остались две.

«Она предложила мне их забрать, выкупить, чтобы их не списали на мясо, с этого и начался приют», – рассказывает Настя.

Историю спасения лошадей девушка описала в интернете, и люди стали сообщать о десятках подобных случаев, когда бывших спортивных лошадей, которые приносили призы и служили всю жизнь своему хозяину, хотели списать на мясо.

Шанс на жизнь

У приюта «Шанс на жизнь» нет собственной территории. Первый толчок к расширению дали местные власти в 2013 году: администрация Клинского района предложила землю в 300 квадратных метров в деревне Третьяково.

Оттуда в марте 2019 года лошадки переехали в деревню Шипулино, аренда обходится в 70 тысяч рублей в месяц. На новом месте у лошадей две левады – одна общая с коровами и верблюдицей, другая – большая, только для лошадей, с открытой зоной для прогулок. Также здесь есть плотина, где лошади могут купаться.

Сегодня здесь 62 лошади, одна взрослая верблюдица, быки, коровы и поросята.

Зимой лошади находятся в деннике, и кормить их нужно три-четыре раза в день. В летний период проще – все витамины есть в траве, но в любом случае лошадям нужен ветврач два раза в неделю, старым коням нужны витамины, а в межсезонье – одежда.

Чтобы накормить такой табун, к проекту привлекают кураторов и волонтеров, многие из которых выбирают себе лошадь и обеспечивают ее – привозят корм, витамины и общаются. Кроме того, некоторые владельцы лошадей отдают на постой своих животных и платят за их содержание. Посетителям также предлагают уроки верховой езды с тренером.

Истории спасения

Из 62 лошадей примерно одинаковое число кобыл и меринов, а еще три жеребца, которые живут отдельно. Если к жеребцам пустить кобылу, то они поубивают друг друга, объясняет владелица приюта. Поэтому жеребцов сразу кастрируют. Из тех, что остались – двое еще маленькие, а у одного плохая свертываемость крови, и он может не пережить эту процедуру.

Анастасия знает в лицо и по именам всех своих постояльцев.

«Вот кобыла с жеребенком, которых забрали с Пензенской бойни, куда она ехала в фуре из Астрахани. Она была настолько дикая, что боялась людей, недоуздок нельзя было надеть целый месяц», – рассказывает Анастасия.

Еще одна история – о кобыле донской породы Груше, которой 5 лет. Она не могла разродиться на одном конезаводе, но ветеринара вызывать не стали, жеребенка просто «выдернули» трактором, конечно, он не выжил. Когда поняли, что дело плохо, вызвали врача, который заштопал кобылу, но через месяц со здоровьем начались проблемы, и ее решили сдать на мясо. Приют кобылу выкупил.

«Когда она выгружалась, то еле шла, так больно ей было», – вспоминает Анастасия. Сегодня лошадь привели в порядок, и нашли ей куратора, который о ней заботится.

«Вот Кузька лежит, русская рысачка», – показывает Анастасия.

Она бегала на соревнованиях и сломала позвоночник, ее забрали, подлечили и решили, что раз не можешь бегать, будешь рожать, а когда поняли, что и с родами дело плохо, решили пристроить, рассказывает Настя.

Таких историй здесь десятки, но есть и хорошие, например, про 20- летнего коня Леню, который жил с хозяйкой с трех лет, участвовал в соревнованиях, но несколько лет назад у него обнаружили болезнь легких, и ему стало тяжело бегать. Хозяйка отправила его в приют, но оплачивает корм, витаминки и постоянно его навещает.

Самая старая лошадь в приюте – 36-летний Огонек, он такой бодрый и наглый, что дает фору молодым, рассказывает Анастасия. Его продавали на пенсию шесть раз, но он попадал в прокат.

Как верблюдица полюбила коров

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector